Главная \ Книги \ Семьёрик

Семьёрик

Жанр: Научная фантастика, постапокалипсис, драма, приключение.  

          В 2064 году наступил глобальный катаклизм, где Солнце увеличило свою массу на двадцать процентов. За полтора века, благодаря высокой температуре и ряду других образовавшихся смертельных катаклизмов, на Земле погибло: девяносто девять процентов всей разумной и неразумной жизни. Оставшийся процент людей давно потеряли свой разум, влача мучительное и болезненное бремя в пороге предсмертного дня. Теперь Земля переходит в новую фазу своего существования, меняя природу жизни, а заодно и старые законы физики. Благодаря технологиям, высокой морали, дружбе, любви и уму, группе людей из шести человек удалось дожить до этого времени, в котором они являются последними свидетелями нового витка эволюции и заката человечества на Земле. Но для них грядёт неминуемый конец, в котором, технология и ум им не помогут. Смогут ли эти люди выжить в нелёгкое для них время, и самое главное понять – ради чего дальше стоит жить… зависит уже не от них.  

 

Во имя трезвомыслия и смелых дел добра поступков!

 

 

          Книга представлена для ознакомления. Чтобы приобрести полный вариант, нужно перейти во вкладку – Приобрести.

***

 

Сквозь дым и огонь
Дождь и жару
В небе на землю
Жёлтый хвост повернул

 

Время застыло
Ураган заревел
Всё что царило
Подходило в придел

 

В дорожной пыли простилались дома
Вода мировая парила с утра
Дымка над лесом в короне огня
Вздымалась в пороге нового дня

 

Живые творенья
Начиная с бобра
Питались всё больше
Из корня тлевшего пня

 

Спустившись на Землю
Волною паря
Покрыло всё то
Что было вчера…

 

 

 

ГЛАВАЯ ПЕРВАЯ

Новая Эра

 

          На бывшем металлургическом заводе располагается литейный цех. Сам цех переоборудован и поделён на несколько больших секций, в одной из которых находится внушительных размеров, двухэтажная мастерская. В мастерской присутствует склад с различным химическим и промышленным сырьём, двумя спальными комнатами и небольшой спутниковой тарелкой, от которой тянется связка проводов на первый этаж. Второй этаж соединён с первым, винтовой лестницей. В мастерской нет окон, её стены обшиты плотно прилегающими друг к другу свинцовыми пластинами. На потолке размещены два массивных охладительных вентилятора, задача которых охлаждать и фильтровать воздух. От лопастей вентиляторов исходит колебательная вибрация, которая, проходя по цеху, касается своей волной вентиляционных труб, идущих вдоль стен, отчего стоит небольшой шум дребезжания металла. В мастерской находится много и другого оборудования: компьютеры, производственные массивные верстаки, большая лебёдка, небольшая плавильная печь с тянущимся от неё желобом в железный котлован, сварочные аппараты и баллоны с газом. Недалеко от лестницы стоит большой химический стол с различной лабораторной посудой: весами, термометрами и полимерами. Прямо по центру помещения находится огромный информационный пульт управления с множеством кнопок, разных по размеру мониторов, датчиков давления и различных индикаторов, указывающих целостность или аварию того или иного оборудования. По углам мастерской расставлены непонятные конструкции, половина которых покрыта толстым слоем пыли. Слабый люминесцентный свет местами освещает мастерскую, тогда как его остальная часть находится в полумраке. Сам цех выглядит весьма неухожено и довольно опасно, об этом свидетельствуют разбросанные обрубки проводов, наваленные кучи металла и почти четверть мастерской обставлена бочками с надписью: «Опасно! Гидроцилин!»
          Испуганная маленькая девочка с наивным лицом прячется за бочкой. Она одета в детский строительный комбинезончик оранжевого цвета. Свои два кулачка она от волнения покусывает и настороженно поглядывает в дальний угол комнаты. В десяти метрах от неё, появляется силуэт крепкого мужчины. Он одет в тёмно-коричневый строительный комбинезон, тяжёлые кирзовые ботинки, а на поясе прикреплён увесистый молот. Его лицо полностью перебинтовано, кроме одного глаза, для которого специально вырезано небольшое отверстие. На бинтах мужчины виднеется множество детских рисунков: бабочки, цветочки и человеческие улыбки. Мужчина заглядывает за каждую бочку, за каждый проём, за каждый станок в поисках девочки, но никак не может её найти. От этого он приходит в ярость и пинает бочку. От страха девочка издала слабый писк. Мужчина понял, где она прячется и медленно направился к её укрытию. Он достал из-за пояса молот и стал подбрасывать его вверх и ловить, словно жонглёр. В его осанке и грациозно боевой походке чувствуется, что это хищный зверь в человеческом образе, от которого исходит первобытная звериная сила. Полметра отделяют девочку от мужчины. Она сжалась в комочек и закрыла глаза. Возникла тишина… мужчина вздымает молот и наносит со всей силы удар по бочке. Из укрытия с ужасным визгом выскакивает девочка и остервенело начинает пищать. Мужчина вытягивает руки по сторонам, нагибается к девочке и злобно в ответ на неё рычит. Стоит невероятный шум крика девочки и рыка мужчины.
          Их ор прерывает недовольный голос со второго этажа.
          Это был Чудо:
          – Какого чёрта вы мне тут парк развлечений устраиваете! Валите на хрен отсюда!

          Из биографии Чуда: Парень двадцати восьми лет. С кудрявыми волосами. Кудрей своих стесняется, поэтому всегда носит панаму. Лицо несколько надменное, вдумчивое. Учёный, вундеркинд, гений не по годам. Характер скрытный, заносчивый, раздражительный, живущий глубоко в своём внутреннем мире. Добрый.

          Чудо одет в толстый свитер, панаму и семейные трусы. Он сидит разбуженный на своей кровати в небольшой полутёмной комнате, которая увешана плакатами с электрическими схемами. На миг, его взгляд остановился на одной схеме. Глаза Чуда округлились, рот слегка приоткрылся, лицо приняло более озадаченный вид. Он так увлёкся просмотром схемы, что забыл, что его грубо разбудили, но громкий визг вперемешку с истерическим смехом вернул Чудо в реальность.
          Недовольным голосом Чудо кричит:
          – Вы, два чёртовых психопата, у вас совсем мозги по ночам разжижаются?! Вы только что прервали мой сон, в котором были ответы на все наши вопросы!

          Из биографии Гротик: Девочка одиннадцати лет. Очень красивая, но из-за постоянно неумытого лица это тяжело понять. Всегда смеётся. Мастер подрывник. Разведчица, ученица Бугу. Характер эксцентричный. Гиперактивная натура. Помешанная на взрывах. Психика неуравновешенная. Добрая.

          Из биографии Бугу: Мужчина с бинтами на лице. Тридцати лет. Всё лицо изувечено, кроме одного глаза. Неспособен разговаривать из-за повреждения горла. В общении с другими пользуется жестикуляцией для немых. Главный разведчик. Владеет в совершенстве многими боевыми искусствами. В бою предпочитает, молот. Характер спокойный. Добрый.

          Сквозь смех и радость от игры Гротик кричит Чуду:
          – Чудо, не будь занудой, мог бы и с нами хоть раз поиграть. Ты в курсе, что человек должен вести активный образ жизни, чтобы его мышцы не атрофировались?
          – Ага, я в курсе, что вы два психа, которые бродят ночью по штабу вместо того, чтобы делом заниматься или спать!
          Робкий голос доносится из другой комнаты второго этажа.
          Это говорит Балега:
          – Гротик, а во что вы играете, можно и мне с вами?

          Из биографии Балеги: Парень двадцати трёх лет. Родной брат Чуда. Разнорабочий. Характер наивный. Страдает слабоумием. Очень сильный физически. Всегда действует спонтанно. Не знаком с простейшей этикой. Очень, очень добрый.

          Балега сидит на кровати одетый в грязную робу. Его лицо в полумраке комнаты сияет неописуемым счастьем от разговора с Гротиком.
          – Конечно, можно! Вылезай быстрее из своей конуры, мы как раз сейчас идём играть! – задорным и счастливым голосом, – в бумеранг!
          Почёсывая задницу, Чудо внимательно смотрит на электросхему и задаёт Балеге вопрос:
          – Ты мне все железные листы принёс, которые я просил?
          – Все. Даже разложил их возле твоих проектов.
          Чудо недовольно мотая головой, говорит Балеги:
          – Я тебе просто сказал скинуть их в одну кучу, а не раскладывать! Не делай того, что тебя не просят!
          – Ладно, я понял, – неуверенно ответил Балега.
          – Балега, быстрее иди к нам, – с нарастающим смехом кричит Гротик, – а то я уже бумеранг!
          В этот момент Бугу подбросил Гротик очень высоко. Она словно лёгкая пушинка, подлетела вверх и, визжа и смеясь, направилась вниз в его руки. Словно обезьянка по дереву, Гротик вкарабкалась на шею к Бугу и удобно на ней умостилась, сияя при этом от счастья не хуже многоваттной лампочки. На втором этаже раздались торопливые шаги. По винтовой лестнице спускается Балега и догоняет направляющихся к выходу из мастерской Гротика и Бугу.
          – Чудо, ты нудный фитиль, – задорно вслед кричит Гротик. – Тебе никогда не быть бумерангом.
          Балега, окрылённый радостью Гротика и тем, что идёт с ними развлекаться, не думая поддакивает девочке:
          – Да, Чудо, ты нудный фитиль.
          Чудо прилёг на кровать с циничной и недовольной гримасой, под убывающий смех Гротика и глупые речи Балеги.
          Смотря в потолок, Чудо тихо рассуждает сам с собой:
          – Один дурак, опасно, два дурака, лучше бежать и не оглядываться, три дурака… у-у-ух, даже думать об этом не хочу!
          Чудо перевернулся на бок и уснул.

          Ранним утром температура атмосферы большого города достигает, плюс семьдесят два градуса. Руины крупного мегаполиса простираются на десятки километров. Город полностью сожжён солнечными лучами и продолжает медленно тлеть. Множество обгоревших трупов разбросаны по всюду. Вездесущий солнечный крематорий покрывает незащищённую землю, разнося самые опасные токсичные яды, болезни и радиацию.
          На высоте ста двадцати километров в слоях термосферы землю опоясывают единым кольцом миллионы массивных обломков астероидов. Астероиды не падают на землю благодаря малому весу и высокой скорости вращения вокруг планеты. Местами на поверхности Земли видны медленно плывущие тени астероидов. В небе сквозь тернии камней виднеется, разрушенный на половину лик Луны, когда её вторая часть превратилась в груду камней, опоясывающих орбиту Земли.
          Возле руин, появляется человек. Он по пояс раздетый, тогда как остальная одежда состоит из одних лохмотьев. Его выгоревшее тело покрыто волдырями и язвами, волосы выжжены, лицо болезненное и опухшее, глаза фактически ничего не видят, так как их радужная оболочка обгорела от мощных ультрафиолетовых лучей солнца. Из-за поражённых туберкулёзом лёгких дыхание человека очень тяжёлое, неровное и громкое. Несмотря на столь болезненное состояние, человек продолжает куда-то идти, прячась в тенях руин. За собой на небольшой тележке он тащит всякий хлам: проволоку, куски железа, пару кусков арматуры и большой рулон фольги.
          За информационным пультом управления располагается Чудо. Он пристально смотрит в монитор через спутник за человеком с тележкой. Недалеко от Чуда, возле небольшой груды автомобильных покрышек, сидит Балега и извлекает из резины проволоку. Балеге эта работа доставляет массу удовольствия, так как по большому счёту она требует от него грубой силы, которую он с удовольствием тратит на то, что голыми руками рвёт старые покрышки.
          – Та-а-ак, что тут у нас… – с любопытством сказал Чудо, глядя в монитор на человека в руинах города.
          Чудо пристально всматривается, пытаясь понять, что у путника в тележке. Он колёсиком на пульте увеличивает изображение и замечает рулон фольги.
          – Неплохо, неплохо, фольга! – говорит довольный Чудо. – Спасибо, Сброд! Как раз то, что мне необходимо!
          Балега, не отрываясь от своей работы, с любопытством вытягивает шею в сторону монитора.
          – Ты что-то интересное увидел? – осторожно поинтересовался Балега.
          – Да, – неохотно и несколько раздражённо ответил Чудо.
          – Фольгу?
          – Да!
          – Не понимаю, что может быть такого в фольге, что ты даже поблагодарил Сброд?
          – Да! – не сдерживая гнев, заорал Чудо.
          Балега ещё больше озадачился от такого ответа. Он отвернулся и продолжил извлекать проволоку. Но не знающее границ любопытство начинает пожирать Балегу изнутри. Его всё мучает вопрос, почему Чудо всегда дурно отзывается о Сброде, а теперь вздумал его благодарить, они ведь даже не знакомы?! Но что хуже всего, Балега не понимает, когда его брат злится, а когда нет. Чудо, в отличие от всех, не показывает своих эмоций, по которым Балега сможет разобрать, какое сейчас у него настроение. Больше всего Балега не любит, когда Чудо начинает на него злиться, так как в этот момент он чувствует себя виноватым.
          Балега, набравшись храбрости, слабым и неуверенным голосом говорит:
          – Мне кажется, твоё последнее «да» прозвучало так, как будто ты ответил мне не думая?
          У Чуда нервно задёргался глаз.
          – Балега! – с долей гнева выкрикнул Чудо. – С каких пор тебе стало что-то казаться, а уж тем более ты стал о чём-то думать?! Может, я что-то ночью сегодня пропустил, и ты стал гениальнейшим человеком?! – говорит с сарказмом. – О-о-о, простите мою глупость, я даже не заметил сего волшебства!
          Глаза Балеги становятся счастливыми от того, что он слышит, на его лице появляется глупая, но добрая улыбка.
          – Хватит меня травить своим банальным, «зачем» и «почему»! – продолжает Чудо. – Достал! Ты всё равно не поймёшь ответ, так какого задаёшь вопрос?!
          Внезапно, взгляд Чуда перенёсся на экран монитора.
          – Ну ни хрена себе! – потрясённый увиденным, сказал Чудо.
          Голова человека с тележкой катится от его бездыханного тела. Рядом с трупом стоит неизвестный человек. Он полностью обмотан тёмными тряпками, отчего его внешний вид напоминает чем-то мумию. Через пару секунд убийца медленно двинулся в неизвестную сторону прямо под палящие лучи солнца.
          Глаза Чуда заметались из стороны в сторону. Он откинулся на спинку стула и озадаченно стал постукивать пальцами по приборной доске.
          – Да кто же вы на самом деле такие?! – задумчиво сказал Чудо.

          Главный штаб находится в том же цехе, недалеко от мастерской. Каждый метр стены цеха обшит свинцовым листом. В здании нет окон. В дальней части находятся большие ворота и возле них небольшой ангар. Недалеко от ангара стоят две противорадиационные камеры. Воздуховодные трубы, проходящие по периметру стен и потолка, служат дезинфекторами воздуха и поддерживают оптимальную температуру внутри штаба. Ниже первого этажа, на глубине десяти метров, находится большая генераторная комната, звуки которой слегка доносятся в штаб. Свет довольно яркий и равномерный по всей территории. Рядом возле одной из стен, огорожена большая зона, на которой процветает настоящий дендрарий. В нём растут совсем крохотные деревья, яблоня и слива, тогда как недалеко от них из земли пробиваются первые ростки клубники, ячменя и картофеля. Видно, что дендрарий ухожен, почва удобренная и влажная, некоторые растения аккуратно подвязаны и находятся друг от друга на безопасном расстоянии. На фоне грубых конструкций этого места дендрарий смотрится словно блаженный уголок, который радует глаз обывателя, не меньше, чем спелый фрукт при его дефиците.
          На втором этаже штаба с минуты на минуту должно начаться совещание. В штабе стоит большой овальный стол, на котором лежит карта Солнечной системы. За столом сидят Чудо и Балега, Бугу стоит недалеко от них, облокотившись на трубу, Гротик залезла в деревянную коробку и, напевая себе под нос песенку, вытягивает из динамита бикфордов шнур. По пешеходному мостику к ним направляется, Грека:

          Из биографии Греки: Мужчина сорока пяти лет. С тёмными густыми волосами. Лицо мужественное. Голос чёткий, спокойный, уверенный. Лидер, главный тактик, мастер дипломатических переговоров. Характер добрый.

          Подойдя к столу и усевшись на стул, Грека говорит:
          – Раз все бодрые и здоровые, тогда начнём с того, что у нас бодро, но не здорово. Сверяясь со статистикой проведённых нами ремонтных работ и возникших аварий за последний год, могу точно сказать, что у нас аварии возникают чаще, и с каждым разом они более существенные.
          Грека берёт журнал, открывает его и внимательно ищет нужный раздел.
          – Три из пяти дезинфекторов работают, – продолжает он. – Как вы все знаете, это является критическим отклонением от нормы! Из-за этого у нас недостаток чистого воздуха на каждый квадратный метр. Радиоактивной пыли копится больше, чем её успевают убирать дезинфекторы. Далее, солнечные отражатели… а тут у нас катастрофа. Только восемь из двадцати в рабочем состоянии! И если ещё несколько отражателей выйдут из строя, могу вам уверенно сказать, что наш штаб превратится в духовку, а мы в нём будем тушёным мясом. И это только крупные поломки, существует также ряд мелких, но отнюдь не малозначимых. Внутренняя система охлаждения не всегда работает стабильно, электричество нередко появляется в тех местах, где его по сути не должно быть. И это поверьте, весьма неприятно, когда ты берёшься за перила, предназначение которых поддерживать человека, а они лупят тебя током, – взгляд Греки перешёл на Чудо.
          Чудо сделал вид, будто не видит, что на него смотрит Грека, и отвернул невзначай  голову. Но тяжесть взгляда Греки заставляет Чуда чувствовать себя неловко.
          – Генератор барахлит, – спокойно произнёс Чудо.
          – Понятно, – сказал Грека и закрыл журнал.
          Грека смотрит спокойным и благоразумным взглядом на всех членов команды и говорит:
          – Какие у вас будут предложения?
          Вылезая из коробки, Гротик с энтузиазмом говорит:
          – Я лично думаю, что нам необходимо искать новое место. Возможно, стоит рыть под землю, чтобы уйти как можно глубже. Глубина и толща земли есть наше решение. Нам больше не нужны будут солнечные отражатели, а также…
          Разговор прерывает напыщенный тон Чуда:
          – Ты говоришь слишком очевидно и недальновидно! Ты думаешь, я не проводил сейсмическую разведку тут и на много километров в округе?! Грунт под нашей базой нестабильный из-за большого количества подземных вод. Вся наша работа сведётся в не что, приблизительно на глубине тридцати метров, когда крепёжные опоры накроют нас как волны бушующего моря. Поэтому, Гротик, не говори ерунды!
          – Я предлагаю, а не настаиваю! – возмущённо говорит Гротик. – И, в отличие от тебя, я не разбираю рабочие отражатели света, для очередного своего творения, которое в итоге будет бесполезным и, как всегда, очевидным хламом!
          Грека взялся за лоб и наклонил голову. Он исподлобья смотрит на Чудо, понимая, что сейчас начнётся концерт одинокого психопата.
          Чудо покраснел, в его глазах разгорается буря гнева. Он пытается что-то сказать, но уровень зашкаливающих эмоций ему мешает. Его щёки надуваются, слюни брызжут наружу.
          Наконец, взяв себя немного в руки, Чудо говорит:
          – То, что я разобрал прибор, это был научный эксперимент! Который, к твоему сведению, имеет потенциал в ближайшем будущем. И вот что ещё знай! Это естественная среда обитания учёного!
          Балега еле сдерживает смех.
          – Настоящий учёный должен разбирать, чтобы потом собрать что-то лучшее! – продолжает Чудо.
          – Но, конечно, кому я это говорю, маленькой девочке – психопатке! Которая только и может всё взрывать и разрушать, а не творить и созидать за жизнью, как я!
          В конце своей речи Чудо гордо поднял голову. Балега не выдержал и разразился громким смехом. Гротик тоже не удержалась от смеха, на который её подтолкнул вид Чуда в момент пламенной речи и после неё. Грека продолжает держать наклонённой голову, стараясь не попасть под общий смех, от которого тяжело удержаться.
          Чудо с пренебрежением смотрит на Гротика с Балегой и говорит им:
          – Чего вы ржёте?! Тут плакать нужно и делать выводы собственного идиотизма! А вы, как куча хипарей на поляне, смеётесь по поводу и без повода.
          Гротик от смеха нечаянно перевернула коробку, из которой рассыпались инструменты, и, держась за живот, сквозь смех говорит Чуду:
          – Мой любимый Чудо, я никому тебя не отдам! Любой букашке, которая будет мешать твоим гениальнейшим исследованиям, я засуну в попу динамит и взорву к чертям! – вынув из кармана небольшой пузырёк с жидкостью. – Можно я тебе бомбочку на руке нарисую?
          – Не надо мне твоих бомбочек, – брюзгливо говорит Чудо. – Иди, Бугу обрисовывай, а я тебе не холст! Моё тело это научный храм, а не поляна безмозглых хипарей, выжигающих себе бессмысленные татуировки!
          Гротик и Балега разразились смехом ещё пуще.
          – Так, посмеялись и хватит! – строгим тоном прерывает балаган Грека. – У нас есть проблемы, которые день изо дня давят тяжёлым грузом. Чудо прав, мы не можем рыть под землю, у нас нет материала и времени на такую постройку. Чудо, какие варианты предлагаешь?
          Чудо поворачивает к себе карту Солнечной системы, и, посмотрев на неё несколько секунд, говорит:
          – Я немного отступлю на один шаг назад от наших проблем. Спутник зафиксировал, что Солнце продолжает увеличивать свою массу. Причём данное увеличение происходит очень быстро. По моим подсчётам, через два года масса Солнца будет превышать сегодняшнюю норму в пять раз! Если сегодня на Земле разрушено девяносто процентов озонового слоя, и температура в пике дневного времени достигает, четырёхсот градусов выше ноля, то через два года и в промежутке между ними, температура будет увеличиваться! Боюсь, в скором времени нам не помогут и имеющиеся солнечные отражатели!
          Грека вдохнул в себя больше воздуха, словно пытаясь проглотить эту неприятную новость целиком. По его телу пробежала неприятная дрожь, а на лбу выступили капли пота. Если физиология тела Греку и подводила, то эмоционально он держался уверенно и невозмутимо, дабы не сеять ужас и панику в сердцах дорогих ему людей.
          – Очень оптимистичный прогноз, – с долей иронией сказал Грека.
          Немного поразмыслив, Грека обратился к Гротику:
          – Скажи, насколько далеко вы с Бугу провели недавнюю разведку территории? Что-нибудь нашли полезного?
          – Последний раз нам удалось уйти почти на восемьдесят километров от штаба.
          – Восемьдесят километров?! Вы очень рисковали собой. Как вы успели вернуться к восходу солнца?
          – По канализациям.
          – Отнюдь не лучшее укрытие, учитывая, что в них обитает Сброд! – неодобрительно подметил Грека.
          – Да, Сброда много попадается на пути, но больше мёртвых, чем живых.
          – Бедные люди, – сочувствующе говорит Грека. – Доживают свои последние часы на Земле. Никому не пожелаю вот такой смерти.
          – Не думаю, что Сброд заслуживает жалости, – несколько дерзко говорит девочка. – Учитывая то, что при удобном случае они нас уничтожат, а потом съедят!
          – Ты права, – говорит Грека. – Но все же это люди, хоть и потеряли свою человеческую основу. Они, как и мы пострадали в хлынувших на Землю катаклизмах.
          – А слабо было остаться нормальными людьми?! – с досадой говорит Гротик. – Всего лишь несколько маленьких неприятностей, и они сразу превращаются в уродливых гиен, пожирающих себе подобных! Почему они такие слабые, почему они ломаются в сознании от любого пустяка? Почему они не борются за свою человечность? Почему у них такие низменные желания? Дохнут эти твари, туда им и дорога! Я ненавижу таких людей! И уж тем более ненавижу то, что после них осталось!
          После красноречивых слов Гротика возникла уместная пауза. Так как каждый член команды видел истину в её словах. И никого не удивляет тот факт, что маленькая девочка с неуравновешенной психикой, зрит в корень сути вещей. Жизнь в постапокалиптическом мире, когда на Земле не осталось больше разумных людей, кроме этих шести человек, творит удивительные вещи, меняя не только мир, но также меняя сознание людей, как в самую худшую сторону, так и в самую лучшую, – всё зависит от того, насколько человек может принять неизбежное новое.
          – Устами младенца, – прервал паузу Грека. – Знаешь, Гротик, не всем дано быть сильным и искренним внутри. Это, чёрт побери, работа всей жизни, а может, даже и не одной! И да, слабых людей больше, но как ты заметила, даже их популяция уже подошла к концу.
          После слов Греки, у Гротика округлились глаза, щёки несколько покраснели, тогда как выражение лица приняло глуповатый оттенок. В эту секунду девочка находится на пике счастья, так как осознаёт, что её окружают достойнейшие люди.
          Но, решив свои чувства оставить при себе, девочка с наивной лёгкостью говорит:
          – И всё равно! Динамитом в этот популейшен! Динамитом в жопу, в лицо, в подмышку, в рот, в общем-то, неважно куда, лишь бы больше взрыва и меньше Сброда!
          На лице Греки появилась лёгкая ухмылка, и он сменил тему:
          – Теперь в недалёкой перспективе нам прибавляются новые проблемы. Но в данный момент нам нужно разобраться со старыми.
          Чудо вспомнил событие сегодняшнего утра и говорит:
          – Нам повезло. Сегодня я заметил в руинах города, фольгу, и её нужно срочно доставить в штаб. Благодаря ей я смогу запустить ещё два солнечных отражателя.
          – Отличные новости! – подметил Грека. – Гротик, Бугу, у вас сегодня ночью есть работёнка.
          – Хорошо, – ответила Гротик.
          – Ко мне позже подойдите, – говорит Чудо девочке и Бугу. – Я отмечу вам координаты.
          Гротик кривляясь, отдаёт Чуду честь.
          – Сегодня утром, через спутник я увидел, как Безликий обезглавил Сброд, когда тот вёз свою тележку, – говорит Чудо. – Насколько я знаю, Безликие никогда их не трогают по банальной причине, антисанитария и болезни, которыми подвержен организм Сброда. Он словно это сделал для меня! Но, что больше меня поражает, так это то, как Безликим удаётся ходить под палящими лучами Солнца, и как их организм справляется с излишками радиации. Ведь если полагаться на голую науку и процесс эволюции, Безликие простые люди, как и мы с вами. В них нет ничего сверхзагадочного. Я полагаю, нет, я убеждён, что Безликие либо усовершенствовали химию определённого вещества, либо нашли готовое средство, которое даёт им защищённость от Солнца и радиации.
          Глаз Бугу забегал из стороны в сторону, словно он понял, о чём идёт речь.
          – Как бы то ни было, для нас это тайна, – говорит Грека, – которую мы надеемся, ты как учёный в скором времени разгадаешь. Но а сейчас у нас стоит первостепенная задача – доставить фольгу в штаб.
          Чудо задумался и ушёл глубоко в свои мысли.
          – Есть ещё какая-либо информация или предложения? – спрашивает Грека. – Уж от этого нам точно хуже не будет.
          Чудо поднял руку и машет указательным пальцем. Он находится наполовину в своих мыслях, тогда как другая половина вспомнила важную информацию.
          – Мы слушаем тебя, – словно выводя его из ступора, говорит Грека.
          – Каждую неделю, – наконец заговорил Чудо, – Гротик, Бугу, вам нужно будет приходить ко мне, чтобы корректировать часы в точности с восходом и закатом солнца. Теперь с каждым днём ночи будут становиться короче. И то время, по которому вы возвращаетесь в штаб, уже имеет огрехи.
          – Ну почему ты такой колючка?! – весёлым голосом говорит девочка Чуду. – Я тебя так обажунькаю, а ты не даёшь мне нарисовать на тебе бомбочку!
          Чудо вновь задумался, уйдя глубоко в свои мысли и не обращает внимания на радостные возгласы девочки.
          Гротик с сияющей улыбкой запрыгивает на стол и говорит:
          – Вы помните, что у нас сегодня в полночь чайно-бомбёжный праздник?!
          Глаза Балеги засверкали от счастья. Чудо даже не услышал. Грека спокойно откинулся на стуле. Бугу ей кивнул.
          Гротик замечает, что Чудо её не услышал и громко ему говорит:
          – Атом – нейтрону, атом – нейтрону, приём! Чудо?! С тобой человек на связи.
          Гротик начинает сильно топать ногами по столу и громко пищать.
          С большой неохотой Чудо медленно поворачивает голову в её сторону.
          Гротик обрадовалась и продолжает:
          – Сегодня пьём чай от принцессы бомбочки, едим взрывающиеся пирожные, поём песни, играем во взрывные игры, танцуем, дарим друг другу подарки, а под конец устраиваем общие обнимашки! – выражение её лица сменилось на дикое. – Быть всем! А то хрен вы у меня подохнете своей смертью! Взорву всех к чёрту! Не забывайте, на каждом из вас находится скрытая бомбочка, а у меня всегда под рукой детонатор, – вынув из кармана небольшой детонатор. –  Если я нажму на нём кнопку, вам хрюки-пуки баюшки наступит!
          Балега счастлив, как никогда, но он не понимает, о чём речь, только понимает слово: кнопка, праздник, взрыв.
          – Я тоже могу нажимать на кнопку! Дашь мне нажать? – наивно спросил Балега.
          – Конечно, мой любимый дурачок, лови, – добрым голосом говорит Гротик и бросает ему детонатор. – Только смотри аккуратно, до полуночи никого не взрывай.
          Балега, как обычно, не понимает намёка и что есть силы жмёт на кнопку в наивном ожидании праздника.
          – Но я нажал, а праздника всё нет! – с досадой сказал Балега.
          Девочка несколько комплексует, что её хитрый план раскусили, но, взяв себя в руки, она изворачиваясь говорит:
          – У меня есть настоящая кнопка, стала бы я давать её Балеге. Так что люблю всех вас, но на чаепитие быть обязательно! Не забывайте, ведь у меня кнопка, кнопушка, кнопчонка, едрёнка, чёртовая кнопочкаааааа!
          Гротик спрыгивает со стола и убегает под собственный громкий смех и какую-то весёлую детскую песенку.
          – Маленькая катастрофа, – с улыбкой сказал Грека.

          Довольно небольшая по размерам комната, находящаяся на втором этаже главного штаба. Комната обставлена весьма просто. Одна кровать, сделанная из четырёх больших покрышек, – это кровать Бугу. Другая кроватка, искусно сделанная из дерева, принадлежит Гротику. Посреди комнаты находится небольшой стол, на нём аккуратно разложено множество механизмов от разных типов бомб. В углу возле кроватки Гротика стоит маленький фрезеровочный станок. Вся комната буквально разрисована различными рисунками девочки, – бомбочки, взрывы, сердечки, цветочки и улыбки людей. Возле входа висит настенная лампа, которая в данный момент выключена, но, несмотря на это, тут достаточно светло, так как рассеянный свет из примыкающего этажа свободно пробивается сквозь щели в стенах.
          Гротик спит раскинув руки по сторонам. От ног и до поясницы она лежит на кровати, остальная её половина беззаботно свисает вниз. Она что-то бормочет себе под нос, видимо, во сне поёт песню. Бугу осторожно приблизился к Гротику, снял со своей шеи небольшой деревянный кулон с вырезанной на нём улыбкой и положил его в руку девочки. Собравшись уходить, он видит, что Гротик начинает сквозь сон дёргаться, и кулон чуть не выскользнул из её руки. Бугу его поднял и положил ей в карман. Лицо Гротика засияло в улыбке, она как будто чувствует, что возле неё находится Бугу. Её руки сквозь сон потянулись куда-то в сторону, видимо пытается его обнять. Бугу смотрит на девочку без слов, эмоций и улыбки, скрывая всё это за своим физическим дефектом и толстым слоем бинта. Лишь его единственный глаз, зелёного цвета, с нежным трепетом наблюдает сладкий сон маленькой красотки.
          Медленно и аккуратно отходя от Гротика, Бугу покинул комнату и направился к выходу штаба.

          Солнце, как недавно скрылось за горизонтом. В воздухе пахнет гарью и различным зловонием, исходящим, как от трупов, так и от другого вида органического гниения, которое образуется в крупных мегаполисах и его окраинах.
          Штаб снаружи огромен. Его стены частично покрыты свинцом. Он окружён плотным ограждением из колючей проволоки. Ограждение находится под током, об этом свидетельствует гул высокого напряжения. Во внутреннем дворе цеха штаба, расставлены солнечные отражатели, которые по форме напоминают большие радары. Рядом возле цеха ничего нет, только массивные руины завода, который тут был раньше. В семистах метрах от штаба, простилаются бескрайние просторы руин мёртвого города.
          Внезапно, с ограждения пропадает гул тока и из дверей ворот цеха появляется Бугу. На наружной стороне двери, прямо по центру нарисованы бомбочки и улыбки, а чуть ниже и лицо самого автора «Злая рожица Гротик». Бугу направляется к небольшим воротам, пройдя через которые он удаляется в сторону города.
          На крыше штаба находится три солнечных отражателя, плотно уложенный свинец и непонятный объект, похожий по форме на небольшую антенну.

          Подходя ближе к месту, Бугу видит разрушенный и безжизненный город. Все сооружения, начиная от жилых домов и производственных зданий, фактически разрушены до основания и сильно обуглены от солнечных лучей. Здесь нет асфальта, дорог, бытового мусора, указателей – ничего, что делает город похожим на город, вместо этого всё находится в руинах, на фоне которых иногда попадаются железные окурки догнивающих машин. Лишь градостроительная структура и полые каркасы зданий, напоминают о том, что это место раньше было городом.
          Бугу осторожно пробирается сквозь руины. Недалеко от него крадутся несколько человек Сброда, которые стараются не показываться перед взором одинокого путника. Но их тяжёлое, болезненное дыхание, невнятные тихие речи, грубые шаги, давно были замечены Бугу, и он не обращает на них внимания, так как знает, что Сброд физически слабы и никогда не нападают на здоровую жертву. Пройдя ещё немного, Бугу замечает в двадцати метрах от себя тележку с фольгой. Присев на корточки, он стал внимательно к ней присматриваться. Через несколько секунд, глаз Бугу воспылал яростью и он словно дикий зверь подбежал к тележке, возле которой стал бить кулаками в землю и издавать злобные звуки. Неожиданно, Бугу замер. Он выпрямил спину, расправил грудь, раскинул по сторонам руки и приготовился к бою.
          Тишину нарушает рассекающий воздух металл. Бугу оборачивается на звук до того, как успел его услышать. Он быстро выхватывает из-за пояса молот и ставит блок. Острая хромированная труба ударяется об молот и вновь замахивается, но Бугу опередил атакующего, он прорывается вперёд и наносит тяжёлый удар ногой в грудь. Противник упал, Бугу смотрит на него.
          Это был Безликий:

          Из биографии Безликого: Мужчина или женщина, неизвестно. Возраст, более десяти тысяч лет, возможно и больше. Всё тело Безликого плотно укутано лоскутами тёмной ткани. Их глаза, единственно место, которое можно рассмотреть. В области биоинженерии, им нет равных. Отлично понимают механизмы тела и природу любого вещества. Волевые и решительные, но никогда не делают поспешных выводов и действий, если даже сталкиваются на первый взгляд с лёгкой добычей или задачей. Санитары. Соратники смерти. Не добрые и незлые.

          Безликий мгновенно поднимается и начинает яростно наносить удары, которые Бугу умело парирует молотом и ловко от них уклоняется. Происходит взаимный обмен ударами, так и не достигающих никого. Силы равны, что один, что второй умело передвигаются, наносят контрудары и вовремя уходят в защиту. Но Бугу оказывается проворней, в разгаре боя он замечает брешь в обороне и наносит сильный удар молотом в лицо. Безликий упал и истекает кровью, его нижняя челюсть висит на одной коже. Безликий живой, но подняться не может. Бугу к нему подходит, чтобы вынести окончательный приговор, но как только он собирается вскинуть молот, он чувствует, что на него нападают сзади. Бугу отпрыгивает в сторону и видит двоих других Безликих, которые вооружены острыми трубами. Начинается новый бой. Безликие весьма организованны, их движения симметричны и чёткие. Бугу отбивается, стараясь и самому наносить удары. Битва перемещается в руины одного здания, которые он использует как оружие и защиту от своих врагов. Бугу пропускает тяжёлый удар торцом трубы в голову, отчего пошатнулся, но быстро собрался. Бугу начинает яростно наносить удары по Безликим, перейдя из защиты в агрессивное нападение. Но все его удары парируются. Один удар всё-таки достигает Безликого в область груди – он отлетает в строну, словно ядро выпущенное из пушки. Воспользовавшись моментом, Бугу стремительно пошёл на второго, чтобы успеть его прикончить. Кажется, что теперь его никто не остановит, и он вот-вот совершит свой окончательный удар, как в этот момент, ногу Бугу обвивает металлическая стропа. Появился четвёртый Безликий. Дёрнув хлёстко и с силой за трос, он повалил Бугу наземь. Поднявшись на ноги и держась за грудь, Безликий вместе с соратником, ринулись добивать свою жертву. Бугу быстро встаёт, но другой трос уже обивает его вторую ногу. Безликий дёргает за оба троса, вновь валя Бугу на землю. Безликий настолько умело пользуется своим орудием, что без труда может оторвать ему ноги. К этому времени двое других стали наносить по Бугу множество ударов, которые он отбивает как может. Один удар чуть не разрубает ему голову, – лишь выставив в последний момент левую руку, с защитной железной пластиной, Бугу успевает блокировать удар. Удар оказался настолько сильным, что пластина разлетелась пополам. Бугу заметно слабеет и ему еле хватает сил, чтобы отбиваться. Безликий с лассо набрасывает трос вокруг его горла и начинает душить. Бугу пытается ослабить трос, но безрезультатно. Двое Безликих прекратили бой и стали наблюдать, как Бугу в предсмертном хрипе тщетно хватается руками за жизнь.
          Гротик спит в том самом положении, что и до ухода Бугу. Единственное что изменилось, – так это выражение её лица. Лицо приняло озадаченный и несмышлёный вид, – ребёнок видит интересные сны.
          Внезапно, ладонь девочки сжалась и разжалась. Гротик сквозь сон начинает усиленно махать руками, что-то бормотать себе под нос и издавать звук напоминающий визжание поросёнка.
          Гротик открывает один глаз и испуганно в полголоса говорит:
          – Бугу!
          Ладонь Гротика начинает всё чаще сжиматься и разжиматься, как будто она пытается что-то в ней нащупать. Вскочив на ноги, девочка побежала к кровати Бугу, но на пути неуклюже споткнулась о раскиданные на полу коробки. Упав, Гротик ударилась головой о коробку с опилками. Как будто и не заметив своего падения, девочка быстренько поднялась и продолжила путь. Лицо Гротика испуганное, в опилках, и она вот-вот начнёт реветь. Подбежав к кровати Бугу, Гротик обнаруживает, что его нет. Её ноги подкосились, и она с плачем плюхнулась на пол. По мере усиления её плача в комнате начинают происходить странные вещи. Выключенная возле двери лампа, вдруг загорелась, потом вновь погасла, предметы лёгкие по весу: детали бомб, пустые коробки и винтики, стали подниматься медленно вверх. Плач и истерика Гротика эхом разносятся по всей территории штаба.

          Чудо работает в своей мастерской, проводя очередной химический эксперимент. Он смешивает одну жидкость с другой, наблюдая за реакцией вещества. Балега в дальнем углу комнаты среди раскиданного лома и других материалов лежит беззаботно в гамаке, напевая себе под нос песню.
          – Принеси мне вольфрамовой стружки, – не отрывая взгляд от колбы, сказал Чудо.
          Балега не предпринимает никаких действий. Он так увлечён песней, что не услышал просьбу брата.
          Спустя несколько секунд абсолютной тишины Чудо поворачивается к Балеге и говорит:
          - Ты чем-то занят?!
          Балега услышал вопрос, но, как всегда, не понял подвоха. Его лицо засияло улыбкой, и он говорит:
          – Ага, тоже, как и ты, занят. Я учу песню, которую пел с Гротиком на прошлом чаепитии.
          Чудо покраснел и еле сдерживает порывы своего гнева на невиданную тупость брата.
          – Это был не вопрос! – тихим и злобным голосом говорит Чудо. – Пойди и принеси мне вольфрамовой стружки!
          Улыбка Балеги меняется на глупое выражение лица, в котором читается непонимание слова «вольфрам».
          Чудо с иронией подымает взгляд и говорит:
          – Бочка. Второй этаж. На бочке цифры – сорок семь. В бочке стружка! Мне нужно немного. Теперь понял?
          – А-а-а, ну бочку с такими цифрами я знаю. Сейчас принесу.
          Балега побежал за вольфрамом. Чудо вернулся к работе, где он ставит на электронные весы колбу с жидким веществом и производит расчёты.
          Через несколько секунд на втором этаже раздался массивный скрежет чего-то металлического.
          Звук не на шутку насторожил Чудо, и он с серьёзным и несколько напуганным видом крикнул Балеге:
          – Ты что делаешь?
          – Несу тебе бочку с цифрами сорок семь.
          От такого ответа лицо Чуда немного побледнело, и он слегка растерялся.
          – Дебил! Зачем ты мне несёшь всю бочку?
          – Так ты сам меня попросил принести такую бочку, – неуверенным голосом, – так что, уже не надо её нести?
          – Ну а ты сам как думаешь? Стоит тебе тащить целую бочку долбанного вольфрама, которая вдобавок весит около трёхсот килограмм?
          Образовалась тишина, – Балега размышляет над ответом.
          – Нуу, думаю, что не стоит, – наконец неуверенным голос говорит Балега. –  Но а там, хотя, целая бочка и всегда под рукой… нет, всё-таки думаю, что не стоит…
          – Какая наблюдательность с твоей стороны, – издевательским голосом говорит Чудо. – А какой сложный анализ действий ты провёл! Да ты прям гений номер один, куда мне до тебя такого! – резко и несдержанно. – Ну так и неси мне немного, совсем чуть-чуть, а не всю эту бочку!
          – Ладно, я понял тебя, не ругайся только, сейчас принесу.
          Чудо пытается смотреть на весы, чтобы определить на них вес, но его глаз нервно дёргается, и он не может сосредоточиться. Спустя несколько секунд Балега подходит к брату с ведром вольфрамовой стружки. Чудо старается не обращать внимания на Балегу, так как у него больше нет сил на него орать и вдалбливать в его голову что-либо.
          – За что?! За что мне это наказание по жизни, – тихо сказал себе Чудо.
          Балега не понимает, что происходит, то ли Чудо на него опять злится, то ли он просто разговаривает сам с собой. Но, как бы там ни было, Балега чувствует себя неловко и старается не шевелиться.
          – Вот посмотри на этот стол, – тихим и усталым голосом говорит Чудо. – Смотри внимательно. Это химический стол, тут есть колбочки, пробирки и другая мелкая посуда. А знаешь, почему вся эта посуда маленькая? Для того чтобы проводить более точные анализы и чтобы было комфортней работать. Скажи, ты где-нибудь видишь на столе или под столом ведро, корыто или тазик? Или ты видел когда-нибудь, чтобы я в ведре смешивал какие-нибудь химические вещества, при этом наглухо забыв о колбах? Нет! Ты такого никогда не видел! Так скажи, на какой чёрт мне нужно ведро стружки?
          Только Балега хочет ответить, как его перебивает Чудо:
          – Нет, нет, нет, ничего не говори, не стоит. Ты делаешь правильный шаг вперёд и двадцать пять назад. Это всё природа твоего ума, и мне тебя жаль, но не настолько, чтобы я тебя не прекращал презирать! Больше всего мне обидно, что у меня такой тупой брат, как ты!
          В это момент из рации доносится голос Греки:
          – Чудо, приём?
          Взяв рацию, Чудо отвечает:
          – Слушаю?
          – У меня на этаже скачет напряжение. У тебя так же?
          – Видимые скачки не наблюдаются, но сейчас проверю датчики генератора.
          Чудо подходит к информационному пульту и смотрит внимательно на датчики общей электросети.
          – Приборы фиксируют стабильное напряжение. Может, у тебя лампа не в порядке?
          Грека о чём-то задумался, а Балега так и стоит, застыв с ведром в руках.
          Через несколько секунд Грека говорит тревожным голосом:
          – Гротик!